Лесков Николай Семенович
Лесков Николай Семенович
1831-1895

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (9)


Рассказ "Отборное зерно"
Лесков Николай Семенович - Произведения - "Отборное зерно"

                                Спящим человеком прииде враг и                            всея плевелы посреди пшеницы.                                               Мф. XII, 25              Желание  видеть дорогих друзей заставляло меня спешить к ним, а недосуг дозволял  сделать  нужный  для  этого переезд на самых праздниках. Благодаря таким  условиям  я  встречал  Новый  год  в вагоне. Настроение внутри себя я чувствовал  невесёлое  и  тяжёлое. Учители благочестия внушают поверять свою совесть  каждый  вечер.  Этого  я  не делаю, но при окончании прожитого года благочестивый  совет  наставников  приходит  на  память,  и  я  начинаю себя проверять.  Делаю  я  это  сразу  за целый год, но зато аккуратно всякий раз остаюсь   собою   всесторонне   недоволен.   В   нынешний  раз  моё  обычное неудовольствие  осложнилось  ещё  и  досадами  на других - особенно на князя Бисмарка  за  его  неуважительные  отзывы  о моих соотечественниках и за его недобрые на наш счёт предсказания. Его железная грубость позволила ему прямо и  без  застенчивости  сказать, что России, по его мнению, только и остаётся "погибнуть".  Как,  за  что "погибнуть"?! И пошло думаться и выходить: будто как  и  есть  за  что,  -  будто  как  и  не за что? А кругом меня всё спит. Пять-шесть  пассажиров,  которых  случай послал мне в попутчики, все друг от друга сторонились и все храпят в каком-то озлоблении.       И  стало  мне стыдно от моей унылости и моего пустомыслия. И зачем я не сплю, когда всем спится? И какое мне дело до того, что сказал о нас Бисмарк, и для чего я обязан верить его предсказаниям? Лучше ничего этого "внятием не тешить",  а  приспособиться  да  заснуть, яко же и прочие человецы, и пойдёт дело веселее и занимательнее       Так я и сделал: отвернулся от всех, ранее оборотившихся ко мне спинами, и   начал  усиленно  звать  сон,  но  мне  плохо  спалось  с  беспрестанными перерывами,  пока  судьба  не  послала мне неожиданного развлечения, которое разогнало  на  время  мою  дремоту  и  в  то  же  время ободрило меня против невыгодных заключений о нашей дисгармонии.       С  платформы  у  одного  маленького  городка  вошли два человека - один лёгкий  на  ногу,  должно  быть  молодой,  а другой - грузнее и постарше. Я, впрочем,  не  мог  их  рассмотреть, потому что фонари в вагоне были затянуты тёмно-синей  тафтою  и  не пропускали столько света, чтобы можно было хорошо рассмотреть  незнакомые  лица.  Однако я сразу же расположен был думать, что новые  пассажиры  принадлежат не только к достаточному, но и к образованному классу.  Они, входя, не шумели, не говорили очень громко и вообще старались, сколько  можно, никого не обеспокоить своим приходом, а расположились тихо и снисходительно  там,  где  нашлось  для них свободное сиденье. По случаю это пришлось  очень  близко от того места, где я дремал, забившись в тёмный угол дивана. Волей-неволей я должен был слышать всякое их слово, если бы оно было сказано  даже  полушёпотом.  Это  так  и вышло, и я на то нимало не жалуюсь, потому  что  разговор,  который  повели  тихо  вполголоса  мои новые соседи, показался  мне  настолько  интересным, что я его тогда же, по приезде домой, записал, а теперь решаюсь даже представить вниманию читателей.       По  первым  же  словам,  с  которых здесь начали новые пассажиры, видно было,  что  они уже прежде, сидя в ожидании поезда на станции, беседовали на одну  какую-то  любопытную тему, а здесь они только продолжали иллюстрации к положениям, до которых раньше договорились.       Говорил  из  двух  пассажиров  один,  у которого был старый подержанный баритон  -  голос,  приличный, так сказать, большому акционеру или не меньше как  тайному  советнику,  явно  разрабатывающему  какие-нибудь  естественные богатства  страны. Другой только слушал и лишь изредка вставлял какое-нибудь слово  или  спрашивал  каких-нибудь  пояснений. Этот говорил немного звонким фальцетом,  какой  наичаще  случается  у  прогрессирующих  чиновников особых поручений, чувствующих тяготение к литературе.       Начинал баритон, и речь его была следующая:       -  Я  вам  сейчас  же представлю всю эту нашу социабельность в лицах, и притом  как  она  выразилась  зараз  в  одном самом недавнем и на мой взгляд прелюбопытном  деле.  Случай  этот  может  вам  показать, что наш самобытный русский  гений,  который вы отрицаете, - вовсе не вздор. Пускай там говорят, что  мы  и  Рассея, и что у нас везде разлад да разлад, но на самом-то деле, кто  умеет  наблюдать  явления  беспристрастно,  тот и в этом разладе должен усмотреть   нечто   чрезвычайно   круговое,  или,  так  сказать,  по-вашему, "социабельное". Бисмарк где-то сказал раз, что России будто "остаётся только погибнуть", а газетные звонари это подхватили, и звонят, и звонят... А вы не слушайте этого звона, а вникайте в дела, как они на самом деле делаются, так вы  и  увидите,  что мы умеем спасаться от бед, как никто другой не умеет, и что  нам 
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 >>>

Лесков Николай Семенович - Произведения - "Отборное зерно"


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"