Лесков Николай Семенович
Лесков Николай Семенович
1831-1895

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (25)


Рассказ "По поводу крейцеровой сонаты"
Лесков Николай Семенович - Произведения - "По поводу крейцеровой сонаты"

/>была бы здесь и не разговаривала об этом. Я у вас спрашиваю совета, как мне
поступить?
- Совета я вам дать не могу, но я могу сказать мнение, которое во мне
складывается. Однако для того, чтобы оно имело в моих глазах определенную
форму, я еще позволю себе предложить вам один вопрос... Чувства никогда не
пребывают в человеке в одном и том же положении... Ваше нерасположение к
тому ослабевает?..
- Нет, оно обостряется!
Она воскликнула это с болью в сердце и даже как будто привстала и
хотела отстраниться от чего-то, что я видел в моем воображении. Несмотря на
то, что мне не видно было ее лица, я чувствовал, что она ужасно страдает и
страдание это дозрело до такой степени, что не могло оставаться дольше без
развязки.
- Следовательно, - сказал я, - вы осуждаете его все строже и строже...
- Да, чаще и чаще...
- Прекрасно, - сказал я, - теперь я позволю себе сказать вам, что я
считал бы благоразумным, чтобы вы, возвратившись домой, сели к вашему
самовару так, как вы садились к нему прежде.
Она слушала молча; глаза ее были устремлены на меня, и я видел их
сверкание сквозь вуалетку, слышал, как громко и учащенно билось ее сердце.
- Вы мне советуете продолжать мою скрытность?
- Не советую, но думаю, что так будет лучше для вас, для него и для
ваших детей, которые во всяком случае ваши дети.
- Да почему лучше? Значит, тянуть бесконечно!
- Лучше потому, что при откровенности все было бы хуже, и
бесконечность, о которой вы говорите, сказалась бы еще печальнее того, о чем
вы думаете.
- Моя душа очистилась бы страданием. Мне казалось, что я вижу ее душу:
это была душа живая, порывистая, но не из тех душ, которых очищает
страдание. Потому я ничего не ответил о ее душе и снова упомянул о детях.
Она заломила обе руки так, что пальцы ее хрустнули, и тихо поникла
головой.
- И какой же будет конец этой моей эпопее?
- Хороший.
- На что вы надеетесь?
- На то, что человек, которого вы любите или, по вашим словам, не
любите, а с которым вы свыклись... станет вам день ото дня ненавистнее.
- Ах! он мне и так ненавистен!
- Будет еще больше, и тогда...
- Я вас понимаю.
- Я очень счастлив.
- Вы хотите, чтобы я его бросила молча?
- Я думаю, что это был бы самый счастливый исход из вашего горя.
- Да, и потом...
- И потом вы... возвратите...
- Возвратить ничего невозможно.
- Виноват, я хотел сказать, вы удвоите вашу заботливость о вашем муже и
о вашей семье; это даст вам силу не забыть, а сохранить прошлое и найти
достаточно поводов жить для других.
Она встала - неожиданно встала, еще глубже опустила свою вуалетку,
протянула мне руку и сказала:
- Благодарю, я довольна тем, что послушала своего внутреннего чувства,
которое сказало мне прийти к вам после того, как меня взволновало ужасное
впечатление похорон; я оттуда вернулась как сумасшедшая, и как хорошо, что я
не сделала всего того, что хотела сделать. Прощайте! - она подала мне опять
руку и крепко пожала мою, как бы с тем, чтобы остановить меня на том месте,
где мы находились. Затем она поклонилась и вышла.

    IV



Повторяю, что лица этой женщины я не видел; по одному подбородку и под
вуалью, как под маской, о ее лице судить было трудно, но по фигуре ее у меня
составилось понятие о ее грации, несмотря на ее плюшевое пальто и шляпку.
Говорю, это была фигура изящная, легкая, необыкновенно живая и необыкновенно
сильно врезавшаяся в мою память.
До сих пор я этой дамы никогда нигде не встречал и по голосу ее думаю,
что она не была мне знакома. Говорила она своим непритворным голосом,
легким, грудным контральто, очень приятным; манеры ее были изящны, и можно
было бы принять ее за женщину светского круга, и, еще вернее, высшего
чиновничьего круга, за жену директора или вице-директора департамента или в
этом роде; одним словом, эта дама была для меня незнакома и осталась
незнакомою.
После похорон Достоевского и рассказанного мною события прошло три
года. Я зимой заболел и весною отправился на воды за границу; до вокзала
железной дороги меня сопровождал приятель и одна моя родственница; мы ехали
в коляске; с нами были мои дорожные вещи. Проезжая по одной из улиц,
прилегающих к Невскому проспекту, на одном из поворотов, у подъезда большого
казенного дома, я увидал даму; мгновенно, несмотря на мою близорукость, я
признал в ней мою незнакомку. Я вовсе не был приготовлен к этому, вовсе о
ней
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Лесков Николай Семенович - Произведения - "По поводу крейцеровой сонаты"


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"